Честно
Где Оппонентура ошибается
Мы продаём разбор решений, а не безошибочность. Ниже — места, где заседание слабее, чем хотелось бы нам самим. Список написан нами, потому что эти вопросы вы всё равно зададите, и лучше ответить на них до оплаты, чем после.
Разбор не сильнее того, что вы рассказали
Коллегия работает с вашим изложением и вашими документами. Не названный вами факт для заседания не существует: умолчали о поручительстве — в протоколе его не будет. Объём тоже ограничен: до 80 листов А4 на старшем тарифе, дальше мы честно говорим, что не приняли, а не делаем вид, что прочитали. Поэтому самая дешёвая правка качества — не тариф подороже, а полный ответ на вопросы Председателя.
Модели тоже могут ошибаться
Мы разводим критиков по ролям и по вендорам: часть коллегии работает на движках Anthropic, часть — OpenAI, и обе стороны проверяют факты друг друга. Это снижает риск общей ошибки, но не убирает его: модели учились на пересекающихся данных и разделяют часть заблуждений. Поэтому мы говорим «независимые проходы, разные роли и модели разных поставщиков», а не «независимая экспертиза».
Веб-поиск не гарантирует полноты
Перед печатью протокол проходит сверку фактов движком другого вендора с живым поиском. Он даёт три исхода: подтверждено, поправлено, не подтверждено. Третий — законный результат, а не брак: лучше пометка, чем красивая ссылка на несуществующий документ. Свежая новость, закрытый реестр или бумага, которой нет в сети, останутся вне разбора.
Мы скорее переоценим риск, чем недооценим
Коллегия критиков устроена так, чтобы искать угрозы, и у этого есть цена: осторожность легко принять за качество. Хуже того, у нас есть в этом корыстный интерес — от числа тяжёлых находок зависит гарантия возврата. Поэтому важность «критично» или «высоко» ставится только при четырёх условиях сразу: назван конкретный сценарий ущерба, названо основание (факт, документ, расчёт или ваша же цитата), сказано, как находка меняет выбор, и назван проверяемый следующий шаг. Не хватает хотя бы одного — важность ниже. Долю тяжёлых находок в каждом протоколе сервис считает сам и сообщает владельцу, когда она выше порога. И есть отдельный проход, который перепроверяет, не преувеличила ли коллегия: после синтеза протокол читает ревизор соразмерности на движке другого вендора — он называет, что из найденного действительно меняет решение, что является обычным риском ведения дел, и понижает важность находок, которые не держат четыре условия. Понижать он может, повышать и менять вердикт — нет: это работа коллегии. В протоколе его работа видна разделом «Соразмерность» сразу за «Главным».
Видно, на чём держится находка
Находка в протоколе помечается происхождением — по самому слабому звену. Честно о сегодняшнем дне: помечены не все. Долю помеченных сервис считает по выданному тексту и держит порог, а не обещает стопроцентное покрытие; и ссылок в наших первых протоколах пока мало — внешние факты чаще заканчиваются пометкой «не подтверждено», чем ссылкой. Мы предпочитаем сказать это здесь, чем оставить вас с ожиданием сносок. Виды пометок: [слова заказчика] — с ваших слов и не проверялось, [документ] — из приложенного файла, [открытый источник] — из публичного источника со ссылкой, [расчёт] — арифметика по вашим же цифрам, [допущение] — предположение критика, [вывод коллегии] — умозаключение из перечисленного. Пометка ставится по самому слабому звену. Это неудобно для нас и полезно вам: без неё предположение модели и подтверждённый документом факт выглядят в документе одинаково весомо, и юристу несут не то, что стоило.
Мы не измеряем ваше мышление
Когнитивный аналитик пишет «в ваших словах видны признаки такого-то искажения — вот цитата». Он не пишет «мы измерили ваш уровень искажений»: измерение требует стандартизованных заданий, которых мы посреди заседания не даём. Это оценка текста, а не диагноз человека.
Протокол не заменяет специалиста
Заседание не является юридической, медицинской, налоговой или инвестиционной консультацией и не заменяет заключение профильного эксперта. Наоборот: документ сделан так, чтобы с ним было удобно прийти к юристу или финансисту — с готовыми вопросами вместо пустого «посмотрите, пожалуйста». По некоторым делам — врачебным, узкоотраслевым, следственным — живой специалист обязателен, и мы говорим об этом прямо в протоколе.
Вердикт — снимок на дату заседания
Мир меняется после того, как документ подписан печатью. Поэтому в протоколе стоят условия пересмотра, а после него — надзор: напоминания о поручениях и повторное слушание тем же составом, если обстоятельства изменились. Молча переписывать старый протокол мы не будем никогда: выходит новый, старый остаётся как был.